Итоги саммита G20: осталось выполнить договоренности?

Лидеры «большой двадцатки» ведущих мировых держав (G20) провели в четверг в формате видеоконференции экстренный саммит по борьбе с пандемией, порождаемой новым коронавирусом. Это само по себе подтвердило, что идеи международной солидарности и сотрудничества перед лицом общих для всех вызовов и угроз в принципе остаются востребованными. Но, конечно, только время покажет, удастся ли наполнить эти идеи реальным практическим содержанием в мире, где в последнее время все более доминирующим кажется принцип «каждый сам за себя».

Описание

Впрочем, пересказывать документ нет нужды: он опубликован на сайте Кремля и все желающие могут непосредственно с ним ознакомиться. Общий смысл заявления – в подтверждении решимости лидеров G20 выступить «единым фронтом» против общих угроз и вызовов, причем не только медицинских, но и экономических, и не только сегодняшних, но и завтрашних.

«Мы готовы к незамедлительному реагированию и любым дальнейшим действиям, которые могут потребоваться, — заверили главы государств и правительств ведущих мировых держав, вместе с которыми в саммите участвовали и руководители профильных международных организаций. — Мы выражаем готовность встретиться вновь, если ситуация этого потребует». 

Чтобы справиться с нынешней пандемией, «нам как никогда необходимы глобальные действия, солидарность и международное сотрудничество, — подчеркнули лидеры группы. — Мы убеждены, что, работая сообща, мы ее преодолеем. Мы защитим жизни людей, восстановим стабильность глобальной экономики и заложим прочные основы для сильного, устойчивого, сбалансированного и всеохватывающего роста».

…и чего в нем нет 

Нет в итоговом заявлении прежде всего конкретных прогнозов по ожидаемой продолжительности нынешней пандемии и срокам появления вакцин против вируса. Впрочем, положа руку на сердце, от политиков их, конечно, нельзя было и ожидать. Предложено лишь «ускорить разработку и распространение вакцин, диагностических и лечебных средств», а также как можно скорее запустить новую всеобъемлющую глобальную инициативу по противодействию пандемиям. 

Нет оценки ожидаемого ущерба от COVID-19 для мировой экономики. Хотя, например, президент России Владимир Путин начал свое выступление на саммите со слов о том, что, «похоже, текущие проблемы, связанные с пандемией,… обернутся более масштабными потрясениями, чем финансовый кризис 2008-2009 гг., а торговые конфликты и санкции усугубляют рецессию». 

Кстати, в тексте итогового заявления о санкциях вообще не упоминается. Нет в нем и слов «нефть» или «энергетика», хотя в общем экономическом контексте ситуация на нефтяных рынках, конечно, крайне важна и для номинального устроителя саммита – Саудовской Аравии, председательствующей сейчас в G20, – и для многих участников, включая Россию и США. 

В преддверии виртуальной встречи лидеров «двадцатки» американская пресса писала, что президент страны Дональд Трамп постарается на ней «нажать» на Эр-Рияд, чтобы не допустить снижения цен на нефть до уровня, опасного для «сланцевых» американских компаний, чья себестоимость добычи весьма высока. Но поднимал ли хозяин Белого дома эту тему, пока остается неизвестным. 

В США трансляция его выступления не велась, и стенограмма пока тоже не публиковалась. Сам он обещает рассказать об участии в саммите на ближайшем брифинге для журналистов.  

Спор «за умы и сердца»

В целом саммит проводился в закрытом для прессы режиме. Но некоторые страны, включая Россию и Китай, обеспечили для своих СМИ возможность освещать высказывания национальных лидеров. Поскольку репортеры по всему миру с нетерпением ждали итогов встречи G20 и на лету подхватывали любую новость о том, как она проходила, это, конечно, давало Москве и Пекину определенную фору в освещении дискуссии. 

Надо полагать, для КНР это было особенно важно в условиях острого заочного спора с США по поводу нынешней пандемии. Высшее руководство вашингтонской администрации, начиная с президента и вице-президента страны, в последнее время называет новый коронавирус не иначе как «китайским» или «уханьским». Госсекретарь США Майкл Пенс, рассказывая в среду журналистам об итогах установочного совещания с коллегами из «большой семерки» западных держав в преддверии саммита, прямо обвинял Компартию Китая в распространении «дезинформации» и создании «существенной угрозы для здоровья и образа жизни» американцев и их ближайших союзников. 

Пекин тоже за словом в карман не лезет, но, главное, отвечает делом. Оказывает практическую помощь странам, пострадавшим от COVID-19, предлагая ее в том числе и США. Охотно делится опытом борьбы с пандемией, который профильными международными организациями, включая ВОЗ, оценивается чрезвычайно высоко. Я обсуждал эту тему со знакомыми и в Америке, и в Западной Европе, и они в один голос говорят, что в нынешней ситуации Китай выигрывает борьбу «за умы и сердца» людей по всему миру. 

«Проверка притязаний»

Отчасти понимают это и в самом Вашингтоне. Подтверждением тому служит, например, новый доклад «COVID-19 и конфликты», выпущенный накануне саммита G20 аналитиками из «Международной кризисной группы» (ICG — International Crisis Group). Это международная организация, объединяющая видных специалистов по внешней политике и безопасности из ряда стран мира и обеих ведущих партий США. 

«Нынешняя ситуация отличается от других сравнительно недавних  международных кризисов, — пишут авторы. – Когда в 2008 году произошел глобальный экономический спад, вызванный финансовым крахом, США еще обладали достаточным влиянием для того, чтобы через «двадцатку» определять характер международного ответа, хотя и тогда Вашингтон осмотрительно вовлек в этот процесс Пекин».

«Теперь же США, чье влияние и без того уже существенно ослаблено, в одно и то же время напортачили с ответом на COVID-19 у себя дома, не смогли сплотить другие страны и вызвали международное негодование, — говорится далее в докладе. — Президент Дональд Трамп не только непрестанно цепляется к китайскому происхождению заболевания, но и критикует ЕС за то, что тот не справляется с его сдерживанием». Кстати, лидеры ЕС в один день с саммитом G20 проводили и собственную видеоконференцию по борьбе с коронавирусом; коллеги мне говорили, что для европейцев это было чуть ли не важнее.

Китай же «видит теперь в медицинском кризисе удобную возможность для приобретения влияния на другие государства с помощью гуманитарных жестов», констатируют эксперты ICG. И приводят примеры из разных регионов – от Африки до Балкан. 

В более широком плане последствия нынешнего кризиса «скорее всего во многом определят характер того многостороннего порядка, который сложится после его завершения», пишут авторы доклада. На их взгляд, «нынешний кризис – это наглядная проверка притязаний либеральных и нелиберальных государств на способность лучше справляться с экстремальными социальными потрясениями». Так что, по их убеждению, «с развитием пандемии проверку будут проходить не только операционные возможности таких организаций, как ООН и ВОЗ, но и фундаментальные представления о тех ценностях и политических сделках, которые лежат в их основе».

«Старые песни о главном»

Все это мы уже не раз слышали. Так сказать, «старые песни о главном» — о том, как бы ухитриться сохранить контроль над миром в руках западных либеральных элит. Которые убеждены, будто могут распоряжаться судьбами других людей чуть ли не по праву рождения, хотя сами постоянно себя дискредитируют.

А я вот, например, как и многие наблюдатели, считаю, что усиление в международной политике процессов суверенизации было и остается закономерной реакцией на попытку причесать мир под одну гребенку, предпринятую Вашингтоном и его ближайшими союзниками после окончания идеологического противоборства между Востоком и Западом. Бремя единоличного лидерства оказалось непосильным и в конечном счете невыгодным даже для самих американцев; подтверждением тому стало избрание президентом США националиста, популиста и волюнтариста Трампа. 

Но если глобализация под лозунгом Pax Americana на поверку оказалась лишь ширмой, прикрывающей корыстные интересы самопровозглашенной «мировой гипердержавы», то и неприкрытое продвижение этих же интересов под лозунгами национального эгоизма, конечно, ничем не лучше. Деглобализация под такими лозунгами – это выплескивание ребенка вместе с водой.

Об этом в преддверии саммита «двадцатки» напоминали многие, в том числе и в США. Например, известный израильский историк и философ, автор международного бестселлера «Sapiens: Краткая история человечества» Юваль Ной Харари опубликовал в журнале Time комментарий «В борьбе против коронавируса человечеству не хватает лидерства». А один из руководителей техасского Института Джорджа Буша-младшего Мэтью Руни напечатал в сетевом издании Real Clear World («По-настоящему ясный мир») работу, в которой также утверждал, что «ключ к успешному реагированию на пандемии» — не «деглобализация», а наоборот «глобальное взаимодействие».

Не поверю, пока не увижу

Теперь то же самое официально закреплено в итоговом заявлении саммита «двадцатки». Но меня как-то пока не тянет поспешно по этому поводу ликовать. Я по опыту знаю и помню, что западные партнеры России и Китая представляют себе «взаимодействие», как процесс, протекающий только под их собственную диктовку. Как-то забывают о том, что сотрудничество по определению должно быть равноправным и взаимовыгодным.

Так что я, конечно, всей душой желаю нам всем скорейшей и окончательной победы над смертоносным недугом. Рад договоренностям, достигнутым для приближения такой победы на виртуальной встрече в верхах. Но по части реализации этих договоренностей, как говорят сами американцы, “I’ll believe it when I see it” – поверю, когда увижу своими глазами.